Главная » Известные люди » Пржевальский
(Оценить статью)
Загрузка...

Пржевальский

Николай Михайлович Пржевальский (31 марта [12 апреля] 1839, дер. Кимборово, Смоленская губерния – 20 октября [1 ноября] 1888, Каракол) – русский путешественник и натуралист. Предпринял несколько экспедиций в Центральную Азию. В 1878 году избран почётным членом Академии наук. Генерал-майор (с 1886 года).

Становление будущего исследователя

Николай Михайлович Пржевальский родился 12 апреля 1839 г. в сельце Кимборово Смоленской губернии, в небогатой семье. Шестилетним ребёнком лишился он отца. Его воспитывала мать – женщина умная и строгая. Она предоставила сыну широкую свободу, позволяла ему выходить из дому в любую погоду, бродить по лесу и болотам. Её влияние на сына было очень велико. К ней, так же как и к няне Ольге Макарьевне, Николай Михайлович навсегда сохранил нежную привязанность.

С детства Н. М. Пржевальский пристрастился к охоте. Эту страсть он сохранил на всю жизнь. Охота закалила его и без того здоровый организм, развила в нём любовь к природе, наблюдательность, терпение и выносливость. Любимыми его книгами были описания путешествий, рассказы о нравах зверей и птиц, разные географические книги. Читал он очень много и до мелочей запоминал прочитанное. Часто товарищи, проверяя его память, брали знакомую ему книгу, читали на любой странице одну-две строчки, а дальше уже Пржевальский говорил наизусть целые страницы.

Окончив смоленскую гимназию, шестнадцатилетний юноша во время Крымской войны поступил рядовым в армию. В 1861 г. он стал заниматься в Военной академии, по окончании которой был отправлен снова в Полоцкий полк, где служил раньше. В Академии Н. М. Пржевальский составил «Военно-статистическое обозрение Приамурского края», высоко оценённое в Русском географическом обществе и послужившее основанием к избранию его в 1864 г. членом Общества. С этим Обществом в дальнейшем была связана вся его жизнь и деятельность.

С ранних лет Н. М. Пржевальский мечтал о путешествиях. Когда ему удалось вырваться из полка в большой город – Варшаву и стать преподавателем военного училища, он все силы и средства употребил на подготовку к путешествиям. Для себя он установил самый строгий режим: много работал в университетском зоологическом музее, ботаническом саду и в библиотеке. Настольными книгами его в то время были: сочинения К. Риттера об Азии, «Картины природы» А. Гумбольдта, разные описания русских путешественников по Азии, издания Русского географического общества, книги по зоологии, особенно по орнитологии (о птицах).

Очень серьёзно Н. М. Пржевальский относился к своим преподавательским обязанностям, обстоятельно готовился к занятиям, предмет излагал интересно и увлекательно. Он написал учебник по общей географии. Его книга, научно и живо написанная, в своё время пользовалась большим успехом в военных и гражданских учебных заведениях и вышла в нескольких изданиях.

Уссурийская экспедиция

В начале 1867 г. Н. М. Пржевальский переехал из Варшавы в Петербург и представил в Русское географическое общество свой план путешествия в Центральную Азию. Поддержки план не получил. Ему дали лишь рекомендательные письма к начальству Восточной Сибири. Здесь ему удалось получить командировку в Уссурийский край, незадолго перед тем присоединённый к России. В инструкции Н. М. Пржевальскому поручалось осмотреть расположение войск, собрать сведения о числе и состоянии русских, манчжурских и корейских поселений, исследовать пути, ведущие к границам, исправить и дополнить маршрутную карту. Кроме того, разрешалось «производить какие угодно учёные изыскания». Отправляясь в эту экспедицию весной 1867 г., он писал к своему другу: «…я еду на Амур, оттуда на р. Уссури, озеро Ханка и на берега Великого океана, к границам Кореи. Да! На меня выпала завидная доля и трудная обязанность – исследовать местности, в большей части которых ещё не ступала нога образованного европейца. Тем более что это будет первое моё заявление о себе учёному миру, следовательно, нужно поработать усердно».

В итоге своей уссурийской экспедиции Н. М. Пржевальский дал хорошее географическое описание края. В хозяйстве Приморья он подчеркнул несоответствие между богатейшими природными возможностями и их незначительным использованием. Особенно его привлекли Приханкайские степи своими плодородными почвами, обширными пастбищами и огромным богатством рыбы и птицы.

Н. М. Пржевальский красочно, во всей прелести и своеобразии, показал географические особенности Уссурийского края. Он подметил, между прочим, характерную черту природы Дальнего Востока: «стык» южных и северных растительных и животных форм. Н. М. Пржевальский пишет: «Как-то странно непривычному взору видеть такое смешение форм севера и юга, которые сталкиваются здесь как в растительном, так и в животном мире. В особенности поражает вид ели, обвитой виноградом, или пробковое дерево и грецкий орех, растущие рядом с кедром и пихтой. Охотничья собака отыскивает вам медведя или соболя, но тут же рядом можно встретить тигра, не уступающего в величине и силе обитателю джунглей Бенгалии».

Уссурийское путешествие Н. М. Пржевальский считал предварительной рекогносцировкой перед своими сложными экспедициями в Центральную Азию. Оно закрепило за ним репутацию опытного путешественника-исследователя. Вскоре после этого он стал хлопотать о разрешении ему путешествия в северные окраины Китая и в восточные части южной Монголии.

Весной 1868 года он снова отправился на озеро Ханка, потом усмирил в Маньчжурии китайских разбойников, за что был назначен старшим адъютантом штаба войск Приамурской области. Результатами его первой поездки были сочинения «Об инородческом населении в южной части Приамурской области» и «Путешествие в Уссурийском крае». Собрано около 300 видов растений, изготовлено более 300 чучел птиц, причем многие растения и птицы на Уссури обнаружены впервые.

Первое путешествие в Центральную Азию

В 1870 году Русское географическое общество организовало экспедицию в Центральную Азию. Начальником ее был назначен Пржевальский. Вместе с ним в экспедиции участвовал подпоручик Михаил Александрович Пыльцов. Их путь лежал через Москву и Иркутск в Кяхту, куда они прибыли в начале ноября 1870 года, и дальше в Пекин, где Пржевальский получил в китайском правительстве разрешение на путешествие.

25 февраля 1871 года Пржевальский двинулся из Пекина на север к озеру Далай-Нур, потом, отдохнув в Калгане, исследовал хребты Сума-Ходи и Инь-Шань, а также течение Жёлтой реки (Хуанхэ), показав, что она не имеет разветвления, как думали прежде на основании китайских источников; пройдя через пустыню Алашань и Алашаньские горы, он вернулся в Калган, сделав в 10 месяцев 3500 верст.

5 марта 1872 года экспедиция снова выступила из Калгана и двинулась через пустыню Алашань к хребтам Наньшаня и к далее к озеру Кукунор. Затем Пржевальский пересек Цайдамскую котловину, преодолел хребты Куньлуня и достиг в Тибете верховий Голубой реки (Янцзы).

Летом 1873 года Пржевальский, пополнив свое снаряжение, отправился в Ургу (Улан-Батору), через Среднюю Гоби, а из Урги в сентябре 1873 года вернулся в Кяхту. По пустыням и горам Монголии и Китая Пржевальский прошел более 11 800 километров и нанес на карту (в масштабе 10 верст в 1 дюйме) около 5700 километров.

Научные результаты этой экспедиции поразили современников. Пржевальский первым из европейцев проник в глубинную область Северного Тибета, к верховьям Хуанхэ и Янцзы (Улан-Мурен). И определил, что именно Баян-Хара-Ула является водоразделом между этими речными системами. Пржевальский дал подробные описания пустынь Гоби, Ордоса и Алашани, высокогорных районов Северного Тибета и открытой им котловины Цайдама, впервые нанес на карту Центральной Азии более 20 хребтов, семь крупных и ряд мелких озер. Карта Пржевальского не отличалась точностью, так как из-за очень тяжелых путевых условий он не мог делать астрономические определения долгот. Этот существенный недочет позднее был исправлен им самим и другими русскими путешественниками. Он собрал коллекции растений, насекомых, пресмыкающихся, рыб, млекопитающих. При этом были открыты новые виды, получившие его имя: ящурка Пржевальского, расщепохвост Пржевальского, рододендрон Пржевальского… Двухтомный труд «Монголия и страна тангутов» принес автору мировую известность, был переведен на ряд европейских языков.

Русское географическое общество присудило Пржевальскому Большую золотую медаль и «высочайшие» награды – чин подполковника, пожизненную пенсию в 600 рублей ежегодно. Он получил Золотую медаль Парижского географического общества. Его имя ставили рядом с Семеновым Тян-Шанским, Крузенштерном и Беллинсгаузеном, Ливингстоном и Стэнли.

Вторая экспедиция

Своё второе центральноазиатское путешествие Николай Михайлович Пржевальский начинает в 1876 году. Задумано оно было очень масштабным, предполагалось исследовать Тибет и Лхассу, но из-за осложнения политической ситуации (конфликта с Китаем) и болезни самого Пржевальского пришлось сократить маршрут.

Начав свой путь с Кульджи, преодолев хребты Тянь-Шаня и Таримскую впадину Пржевальский достиг в феврале 1877 огромного тростникового болота-озера Лобнор. По его описанию, озеро имело в длину 100 километров и в ширину от 20 до 22 километров. На берегах таинственного Лобнора, в «стране Лоп», Пржевальский был вторым… после Марко Поло!

Никакие препятствия не помешали исследователям сделать свои открытия: были описаны низовья Тарима с группой озер и хребет Алтын-таг, собраны материалы по этнографии лобнорцев (каракурчинцев). Через какое-то время в дневнике Николая Михайловича появляется запись: «Пройдёт год, уладятся недоразумения с Китаем, поправится моё здоровье и тогда я снова возьму страннический посох и снова направлюсь в азиатские пустыни»2

Третья экспедиция

В марте 1879 г. Пржевальский начал третье путешествие по Центральной Азии, названное им «Первым Тибетским». Он проследовал через Джунгарскую Гоби – «обширную волнистую равнину» – и довольно верно определил ее размеры. Миновав озеро Баркель, Пржевальский вышел к оазису Хами. Далее он пересек восточную окраину Гашунской Гоби и достиг низовьев реки Данхэ, а к югу от нее обнаружил «громадный вечноснеговой» хребет Гумбольдта. Через перевал (3670 м) – на стыке Алтынтага и Гумбольдта – Пржевальский прошел на юг и, перевалив три коротких хребта, спустился в поселок Дзун. Оттуда Пржевальский двинулся на юго-запад и выяснил, что Куньлунь здесь протягивается в широтном направлении и состоит из двух, иногда из трех параллельных цепей (шириной от 64 до 96 км), имеющих разные названия в различных своих частях. По номенклатуре, принятой для карт конца XX в., Пржевальский выявил западную часть Бурхан-Будда, несколько южнее – Бокалыктаг, названный им хребтом Марко Поло (с вершиной 5851 м), а к югу от Кукушили – хребет Бунгбура-Ула, который протягивается вдоль левого берега Улан-Мурэна (верховье Янцзы). Далее к югу перед путешественником простирался уже собственно Тибет. За 33-й параллелью Пржевальский открыл водораздел Янцзы и Салуина – почти широтный хребет Тангла (с вершинами до 6621 м). С пологого, едва заметного перевала Пржевальский увидел восточную часть хребта Ньэнчентанглха. Он нашел путь к запретной Лхасе и находился от нее примерно в 300 км, но вынужден был повернуть обратно: в Лхасе распространился слух, что русский отряд идет с целью похитить Далай-ламу. Пржевальский прошел тем же путем до верховьев Янцзы и несколько западнее прежнего маршрута в Дзун. Попытка проникнуть к истокам Хуанхэ не увенчалась успехом из-за невозможности переправиться через реку. 

Четвертая экспедиция

Невзирая на мучительную болезнь, Пржевальский отправился в четвертую (вторую Тибетскую) экспедицию 1883-1885 годов, во время которой обнаружил ряд новых озер и хребтов в Куньлуне, пройдя 1800 км, оконтурил Цайдамскую котловину, почти за 60 лет до открытия Пика Победы (7439 м) указал на его существование, впервые его описав. В 1888 году, отправляясь в новое путешествие, горько плакал, как бы прощаясь навсегда, по прибытии в Каракол почувствовал себя плохо и через несколько дней скончался – по официальной версии, от брюшного тифа. Уже в наши дни три медицинских эксперта пришли к выводу: причиной его смерти был лимфогранулематоз.

Личность

Личные качества Н. М. Пржевальского обеспечивали успех его экспедиции. Своих сотрудников он подбирал из простых, неизнеженных, предприимчивых людей и с большим недоверием относился к людям «дворянской породы». Сам он не гнушался никакой чёрной работы. Дисциплина во время экспедиции у него была суровая, без парадности и барства. Помощники его – В. И. Роборовский и П. К. Козлов – впоследствии стали известными самостоятельными путешественниками. Многие спутники участвовали в двух-трёх экспедициях, а бурят Дондок Иринчинов провёл вместе с Н. М. Пржевальским четыре экспедиции.

В зрелом возрасте Н. М. Пржевальский был абсолютно равнодушен к чинам, званиям и наградам и столь же неравнодушен к живой исследовательской работе. Страстью путешественника была охота, сам он был блестящим стрелком.

Будучи хорошо образованным натуралистом, Пржевальский был в то же время прирождённым путешественником-скитальцем, предпочитавшим одинокую степную жизнь всем благам цивилизации. Благодаря своему настойчивому, решительному характеру он преодолел противодействие китайских чиновников и сопротивление местных жителей, иногда доходившее до открытых нападений и стычек.

Научное значение деятельности

Научные результаты путешествий Н. М. Пржевальского громадны и многосторонни. Своими путешествиями он охватил огромные районы, собрал богатые научные коллекции, произвёл обширные исследования и географические открытия, обработал результаты и подвёл итоги. Собранные им разнообразные научные коллекции он передал научным учреждениям России: орнитологическую и зоологическую – Академии наук, ботаническую – Ботаническому саду.

Увлекательные описания путешествий Н. М. Пржевальского в то же время строго научны. Книги его относятся к самым лучшим географическим сочинениям. Это блестящие результаты деятельности великого путешественника. Его работы содержат тонкие художественные описания многих птиц и диких животных, растений, ландшафтов и явлений природы Азии. Эти описания стали классическими и вошли в специальные работы по зоологии, ботанике, географии.

Составление подробного отчёта о проведённой экспедиции Н. М. Пржевальский считал важнейшим делом. Возвращаясь из экспедиции, он пользовался каждым случаем, чтобы работать над отчётом даже на случайных остановках. Н. М. Пржевальский начинал новую экспедицию только после сдачи в печать книги о предыдущей. Он написал свыше двух тысяч печатных страниц о своих путешествиях. Все его труды, по выходе их из печати на русском языке, немедленно появлялись в переводах на иностранных языках за границей. Бывало, что издания работ Н. М. Пржевальского за границей расходились быстрее, чем в России.

Н. М. Пржевальский не имел себе соперников в предприимчивости, энергии, решительности, находчивости. Он буквально тосковал по неведомым странам. Центральная Азия манила его своей не исследованностью. Никакие трудности его не пугали. По общим итогам своих работ Н. М. Пржевальский занял одно из почётнейших мест среди знаменитых путешественников всех времён и народов. Его деятельность — исключительный пример неуклонного стремления к своей цели и талантливого выполнения своей задачи. Бесстрашие, самоотверженная любовь к науке, стойкость, целеустремлённость и организованность Николая Михайловича Пржевальского роднят его с людьми нашей эпохи.

Цитаты 

  • Вообще розог немало мне досталось в ранней юности, потому что я был препорядочный сорванец, так что бывшие в гостях деревенские соседи обыкновенно советовали моей матери отправить меня, со временем, на Кавказ, на службу.
  • Но моя счастливая звезда всегда, во всех случаях жизни, с самого детства, меня вывозила, и я верю в свое счастье – оно не даст мне погибнуть, не совершив всего мне предназначенного.
  • На историю надо смотреть, как на зеркало, в котором отражаются все глупости человеческие.
  • Умственная ограниченность – одно из непременных условий продолжительности личного счастья.
  • Из года в год всё хуже и хуже ещё потому, что теперь подрастает молодое поколение, народившееся в эпоху всеобщего российского одурения. В общественной жизни в деревне такая неурядица, такие беззакония и такое торжество порока, каких нигде я не встречал в самых диких ордах Центральной Азии.
  • Цивилизованный комфорт, даже при больших материальных средствах, здесь невозможен; никакие деньги не переменят соленой воды на пресную, не уберегут от жаров, морозов и пыльных бурь, от грязи, а иногда и от паразитов. В самом себе должен искать путешественник сил для борьбы со всеми этими невзгодами, а не стараться избавиться от них разными паллиативными средствами.
  • Каменные тюрьмы – называемые домами, изуродованная жизнь – жизнью цивилизованною, мерзость нравственная – тактом житейским называемая, продажность, бессердечие, беспечность, разврат, словом все гадкие инстинкты человека, правда, прикрашенные тем или другим способом, фигурируют и служат главными двигателями во всех слоях общества от низшего до высшего. Могу сказать только одно, что в обществе, подобном нашему, очень худо жить человеку с душой и сердцем.
  • При том же я привык пребывать на заоблачных высотах, оттого, вероятно, мне и не нравится жить в Петербурге… В нашей здешней жизни мало утешительного. Простой народ развращен вконец, пьянство и мошенничество – нормальные состояния нравственности, честность и трезвость – редкие исключения.
  • В Центральной же Азии у меня много оставлено потомства – не в прямом, конечно, смысле, а в переносном: Лобнор, Кукунор, Тибет и прочее – вот мои детища.
  • Как вольной птице трудно жить в клетке, так и мне не ужиться среди «цивилизации», где каждый человек, прежде всего, раб условий общественной жизни. Но простор пустыни – вот о чем я день и ночь мечтаю. Дайте мне горы золота, я за них не продам своей дикой свободы.
  • При всех четырех здесь путешествиях мне постоянно приходилось быть свидетелем большой симпатии и уважения, каким пользуется имя русское среди туземцев, за исключением лишь Тибета, где нас мало знают, зато среди других народностей Центральной Азииих стремления к России достигают весьма высокой степени.


Ссылки на источники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code